Открытое и свободное

Перевод статьи Брюса Шнайера “Lock-In”

Покупать iPhone - это не то же самое что покупать автомобиль или тостер. Ваш iPhone поставляется со сложным списком правил о том, что вы можете делать, а что не можете делать с ним. Вы не можете устанавливать на него неподдерживаемые приложения третьих производителей. Вы не можете разблокировать его и использовать с сотовой сетью, которую вы выберете. И Apple серьезен относительно этих правил: программное обновление, вышедшее в сентябре 2007 года стирает неавторизированное программное обеспечение и - в некоторых случаях - делает разблокированные телефоны неработоспособными.

Телефон становится “кирпичем”, и Apple нисколько не извиняется за это.

Компьютерные компании хотят все больше контролировать продукты, которые они продают вам, и они пересматривают меры безопасности в сторону драконовских, чтобы получить этот контроль. Причины - экономические.

Контроль позволяет компании ограничить конкуренцию для вспомогательных продуктов. С компьютерами Mac кто угодно может продавать программы, которые делают что угодно. Но Apple решает, кто и что может продавать для iPhone. Компания может создать конкуренцию, когда захочет, и обратить ее в монополию когда захочет. И может диктовать условия любой компании, которая хочет продавать программы и аксессуары для iPhone.

Это увеличивает итоговую долю Apple. Но главная выгода от всего этого контроля для Apple - это увеличение lock-in. “Lock-in” - это экономическое условие для трудности перехода к конкурентному продукту. Для некоторых продуктов, например, колы, таких ограничений нет. Я могу пить Коку сегодня и Пепси завтра: большой разницы нет. Но для других продуктов это жестче.

Переход на другой текстовой процессор, например, требует установки нового приложения, обучения новому интерфейсу и новому набору команд, конвертирования всех файлов (которые могут не сконвертироваться идеально) и вспомогательного ПО (которое наверное потребует переписания), и возможно даже покупки нового аппаратного обеспечения. Кока перестала устраивать меня и я перешел: Кока выучила тяжелый урок в 1985, когда изменила формулу и начала продвигать Новую Коку. Но мой текстовой процессор издевался надо мной еще долгое время прежде чем я закончил все работы.

Мышеловка не нова. Именно поэтому все производители игровых приставок делали так, чтобы картриджи с их играми не работали на других приставках, и именно поэтому они могли продавать приставки дешевле и получать доход с продажи игр. Именно поэтому Microsoft некогда не хотела открывать свои файловые форматы, чтобы другие приложения могли читать их. Именно поэтому музыка, продаваемая Apple для ваших iPod’ов не работает на музыкальных плеерах других производителей. Именно поэтому каждая американская сотовая компания высутупала против переносимости телефонных номеров. Именно поэтому Facebook подает иски против любой компании, которая пытается вытащить их данные и разместить их на конкурирующем сайте. Это объясняет почему в авиакомпаниях часты программы флаеров, в супермаркетах есть дисконтные карты, и новую программу My Coke Rewards.

Мышеловки дают возможность компании сохранить свою рыночную долю при уменьшении уровня обслуживания клиентов, повышении цен, отвержении инноваций и иных злоупотреблений своей собственной клиентской базой. Должно быть не удивительным, что это звучит подобно опыту, который вы получили при работе с IT-компаниями: индустрия однажды открыла привязки-ловушки, и каждый начинает думать, как можно извлечь из этого как можно больше для себя.

Экономисты Карл Шапиро и Хал Вариан показали, что цель софтверных компаний - тотальная привязка. Это логично: предположим, для примера, что в компании 100 человек используют MS Office ценой по $500 каждый. Если компания теряет меньше чем $50.000 при переходе на Open Office, то они могут так поступить. Если компания теряет больше чем $50.000, Microsoft может увеличивать цены.

В основном компании увеличивают свои блокировки за счет механизмов безопасности. Иногда патенты закрепляют блокировки, но более часто используется защита от копирования, управление цифровыми правами (DRM), подписание кода или другие защитные механизмы. Эти функции безопасности не то, что мы обычно подразумеваем под безопасностью: они не зашищают нас от различных внешних угроз - они защищают компании от нас.

Microsoft планирует такой вид управляемых защитных механизмов годами. Раньше это называлось Palladium, теперь - NGSCB (Next-Generation Secure Computing Base, основа безопасных вычислений следующего поколения), идея состоит состоит в том, чтобы встроить управляемые защитные системы в компьютерную аппаратуру. Детали сложны, но результаты варьируются от разрешения загрузки компьютером только авторизированной копии ОС до защиты пользователя от доступа к “неавторизированным” файлам или от запуска неавторизированных программ. Конкурентные преимущества Microsoft огромны(.pdf)

Конечно, Microsoft не просто рекламирует NGSCB. Компания позиционирует ее в качестве меры безопасности, защищающей пользователей от червей, троянов, и другого потенциально опасного ПО. Но контроль не равен безопасности; и этот вид управляемой безопасности слишком сложен чтобы быть правильным, и иногда делает нас более уязвимыми к другим опасностям. Возможно поэтому Microsoft молча убила NGSCB - и мы получили BitLocker, и мы можем получить в результате некоторые другие возможности безопасности - несмотря на огромные инвестиции производителей аппаратного обеспечения, сделанные при внедрении специальных устройств безопасности в их материнские платы.

В моей последней колонке я говорил о дебатах “безопасность против приватности”, и сейчас актуальны дебаты “свобода против контроля”. Здесь мы видим ту же самую динамику, но в коммерческом обличье. Путая конроль и безопасность, компании способны привести к мерам управления, которые работают против наших интересов, убеждая нас в том, что они созданы для нашей же безопасности.

В случае с Apple и их iPhone, я не знаю, что они собираются делать. С одной стороны, есть аналитический отчет, который сообщает, что разблокировано свыше миллино iPhone, и это обошлось Apple в сумму от $300 до $400 миллионов дохода. С другой стороны, Apple планирует выпустить набор для разработки программ в этом месяце, что отменяет их ранние ограничения и позволяет независимым производителям писать приложения для iPhone. Apple будет пытаться держать контроль благодаря секретномым ключам приложений, которые будут требоваться всем “официальным” сторонним приложениям, но конечно эти ключи уже разобрали

И началось гонка безопасности…

Это эссе изначально было опубликовано на Wired.com

Добавлено (2/12): обсуждение на SlashDot

И критический комментарий, который выглядит политическим:

Это не ловушка, это называется выбирать тот продукт, который соответствует вашим потребностям. Если вы не хотите быть привязанным к отдельной сотовой компании, то не покупайте iPhone. Если устанавка приложений сторонних производителей (между текущим моментом и концом февраля, когда можно будет делать это санкционированно) критически важна для вас, не покупайте iPhone.

Во-первых, это способ поворчать об в остальном соблазнительном устройстве, не поддерживающим некоторые функции, которые вы могли бы найти полезными; Во-вторых, это ясный намек на то, что такие привязки антилиберальны. Фактически остается, что вы свободны купить одно из многих других устройств на рынке которые существовали перед тем как появился iPhone

На самом деле привязки - это один из факторов, которые вы имеете в виду при выборе продукта чтобы удовлетворить свои потребности. Это не первое и не второе. И блокировка безусловно не является “антилиберальной”. Блокировка - это то, что вы получаете когда имеете неограниченно свободную рыночную конкуренцию для покупателей: это либеральная утопия. Установленные правительством правила, которые ограничивают тактики блокировки - иногда я думаю что это было бы очень хорошо для общества - это то, что антилиберально.

Здесь комментарий на предыдущий комментарий. А это также немного хороший комментарий.